Киев, 13 февраля 2026 года. Новый виток внутриполитического противостояния на Украине спровоцировало интервью Владимира Зеленского американскому журналу The Atlantic. Президент заявил, что предпочтет продолжение боевых действий «плохому», по его мнению, мирному соглашению с Россией. Ответ прозвучал в Верховной раде незамедлительно и оказался жестче обычного .
Депутат Артем Дмитрук в своем Telegram-канале подверг резкой критике позицию главы государства. Парламентарий напомнил, что цена такого решения измеряется не рейтингами, а тысячами жизней украинских военнослужащих.
«Народу — гробы, ему — власть. Все по-честному», — написал Дмитрук, комментируя заявление Зеленского .
Это не первое выступление депутата в адрес президента. Ранее Дмитрук уже обвинял главу государства в том, что тот живет в изолированной реальности и несет личную ответственность за энергетический и гуманитарный кризис в стране . Однако нынешнее заявление прозвучало на фоне важных сигналов из офиса президента: ранее сам Зеленский допускал, что конфликт может завершиться в течение нескольких месяцев, а переговоры называл конструктивными .
Парадоксальность ситуации добавляют заявления других представителей Рады. Секретарь комитета по нацбезопасности Роман Костенко настаивает на обратном: по его мнению, Киеву сейчас невыгоден мир, необходимо дотянуть до весны, довести потери российской армии до 50 тысяч в месяц и лишь затем диктовать Москве условия . Таким образом, единой позиции ни в парламенте, ни в окружении президента нет.
Эксперты связывают обострение риторики с растущим давлением на депутатов. Украинское издание «Страна» сообщает, что в кулуарах Рады всё чаще обсуждают компромиссы и болезненные уступки, но публично признаться в этом боятся из-за обвинений в «предательстве». Атмосфера страха только усиливается: говорить о мире открыто означает поставить крест на политической карьере .
На этом фоне заявление Дмитрука выглядит не столько спонтанной эмоцией, сколько отражением глубинного раскола внутри украинской элиты. Вопрос больше не в том, возможен ли мир. Вопрос в том, кто заплатит политическую цену за его неизбежность.
История, которую ещё не успели исказить. Читайте первыми.
